Средняя цена квартиры в московских новостройках
12 726 700 руб +1%
Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Все новости Недвижимость
Глава «Барселоны» заявил о желании продать Месси Спорт, 17:48 Почему робот-пылесос называется роботом, а стиральная машинка — нет РБК и Intel NUC, 17:44 ФАС обнаружила дефицит двух лекарства из списка жизненно важных Общество, 17:43 Лавров призвал Киев прекратить саботаж минских договоренностей Политика, 17:41 Мишустин напомнил главам регионов о личной ответственности за вакцинацию Общество, 17:35 «Начало новой эры». Почему биткоину важно преодолеть отметку в $20 тыс. Крипто, 17:33 Time впервые выбрал «Ребенка года» Общество, 17:33 Помощь российскому экспорту. Что важно знать РБК и Моспром, 17:20 Какие конкурсы и олимпиады помогают школьникам поступить в престижный вуз РБК и АНО «РСВ», 17:15 Мишустин накануне вакцинации встретился с производителями. Видео Общество, 17:10 «Укроборонпром» прекратит существование в следующем году Политика, 17:09 Комфортное жилье в России: какие новостройки возводят сегодня девелоперы Недвижимость, 17:05 Чек-лист: что делать, если ваше изображение использовали для дипфейка Индустрия 4.0, 17:00  Российские биатлонисты показали худший результат в Кубке мира Спорт, 16:58
Интерьер без правил. Интервью с дизайнерами DVEKATI
Дизайн ,  
0 

Интерьер без правил. Интервью с дизайнерами DVEKATI

«Нам не нужен скандинавский минимализм повсеместно», — говорят Екатерина Сванидзе и Екатерина Любарская.
Партнеры студии DVEKATI Екатерина Любарская (справа) и Екатерина Сванидзе
Партнеры студии DVEKATI Екатерина Любарская (справа) и Екатерина Сванидзе

Студию DVEKATI основали в 2009 году дизайнеры Екатерина Сванидзе и Екатерина Любарская, за это время они спроектировали десятки общественных и частных интерьеров.

В 2020 году студия стала победителем премии AD Design Award 2020 в номинации «Офисы». Партнеры студии DVEKATI Екатерина Любарская и Екатерина Сванидзе в интервью «РБК-Недвижимости» рассказали, какими должны быть общественные интерьеры — офисы, кафе, рестораны, отели, как они изменятся в обозримом будущем и что нужно делать, чтобы они превратились в по-настоящему интересные живые пространства.

— Общественные интерьеры — это все те пространства, в которых мы оказываемся, как только покидаем квартиру: подъезд, супермаркет, вестибюль метро, офис, коворкинг, школа, ресторан, музей. Каким должно быть современное общественное пространство?

Екатерина Сванидзе:  — Мы большую часть жизни проводим в общественных интерьерах — от детского сада до взрослой жизни, все учреждения, заведения, в которых мы бываем, обладают интерьером. Мы с вами в этой среде находимся постоянно и каждую минуту взаимодействуем с результатами деятельности дизайнера или архитектора, которые создают материальную среду обитания человека.

Первое и главное качество современного пространства — универсальность. В офисе современный человек не только сидит за рабочим столом. Он пьет кофе с коллегами, во время перерыва занимается йогой или бегает на беговой дорожке в спортзале. А в кафе, наоборот, посетители приходят не только съесть карбонару, но и посидеть с ноутбуком. Кафе трансформируются в коворкинги — теперь в них обязательно должны быть Wi-Fi и розетки для зарядки.

То есть современное общественное пространство должно выполнять много функций. Тем более в условиях пандемии, в которых мы живем более полугода. Арендаторам приходится думать, как изменится их бизнес и для чего еще может пригодиться, например, помещение ресторана.

Из портфолио DVEKATI
Из портфолио DVEKATI (Фото: DVEKATI)

— У ресторанов и кафе вариантов немного — либо закрыться, либо работать на доставку. Чем тут может помочь архитектура и дизайн?

Екатерина Любарская:  — Легче адаптировать под новые задачи те помещения, в интерьеры которых изначально заложена многофункциональность. И в «мирное время» гибкость интерьера позволяет пространству работать в разных сценариях в зависимости от потребностей посетителей. В рабочий день кафе обслуживает офисных работников, приходящих на бизнес-ланч и назначающих здесь деловые встречи, а вечером пятницы превращается в место для вечеринок.

Когда исходная планировка пространства подразумевает вариативность, чтобы обновить и осовременить оформление ресторана или кафе, не нужно затевать капитальный ремонт — интерьер меняется за пару недель. Порой достаточно изменить цвет стен, потолка и напольных покрытий, оформление посадочной зоны, убедиться в наличии розеток для подзарядки гаджетов. Можно освежить фасады и разработать единый дизайн-код для интерьера и экстерьера.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

— Как изменилась интерьерная мода за последние 10–20 лет? Почему вычурные интерьеры вышли из моды?

Екатерина Сванидзе: — Это связано с политическими событиями и экономической ситуацией в России и остальном мире. В СССР не было ничего частного, все принадлежало государству, а выбор отделки и мебели оставлял желать лучшего.

После распада Советского Союза вдруг появилась частная собственность и кое-какое разнообразие на мебельном рынке. 2000-е годы — время избыточных интерьеров. Людям хотелось роскоши: шелковых простыней, золотой фурнитуры, модной электроники.

Сейчас мы подошли к фазе, когда народ пресытился. У образованного, начитанного, побывавшего в разных странах современного человека сменился фокус внимания. Россияне начинают интересоваться современным искусством, вопросами экологии, устойчивого потребления, их интерьерные предпочтения меняются в лучшую сторону, наконец стало неприлично использовать в интерьере так называемые реплики — то есть подделки под культовые вещи.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

— Почему нельзя размещать в интерьере реплику, если хочется иметь дизайнерскую вещь и копия позволяет оптимизировать бюджет на интерьер?

Екатерина Сванидзе: — А почему нельзя носить подделку сумки Chanel? Подделка — это не искусство, это некая вещь около искусства. Оригинальные предмет — это уникальная технология производства, которую тщательно оберегают десятилетиями, это высококачественные материалы, своя уникальная легенда. Мастера и промышленные дизайнеры придумывают сложные технологии изготовления авторской мебели.

Но мы живем в мире, в котором подделывать мебель стало легко. Например, в Китае научились подделывать практически всё. И так как оригинальная дизайнерская мебель удобная и яркая, ее реплики охотно покупают, не задаваясь вопросом, где она производится, как перерабатывается, сколько прослужит.

Усугубляет проблему и то, что простой человек не всегда может отличить культовый стул от подделки. В процессе реализации проекта винотеки на Бауманской у нас произошел такой инцидент. Для этого проекта мы скрупулезно подбирали винтажную мебель, кое-что изготовили на заказ. Не купили только барные стулья. И когда пришли на открытие бара, обнаружили стоящие рядами китайские реплики известных культовых стульев 1928 года. Но владельцам бара и в голову не приходило, что это подделки и их нельзя ставить в дизайнерский интерьер. Конечно, по нашему настоянию стулья быстро заменили.

Тот же принцип — инвестировать в настоящие, оригинальные вещи — действует и при выборе предметов искусства для интерьера. Сейчас появилось много молодых дизайнеров и художников, у которых можно купить какую-то единичную или мало тиражируемую вещь. Это очень здорово. К тому же никогда не знаешь, кем станет этот художник через десять лет и насколько поднимется цена на этот арт-объект.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

Екатерина Любарская:  — Подделка в интерьере, который собирался под кураторством дизайнера, такой же дурной тон, как если бы стилист посоветовал вам носить подделку сумки от Louis Vuitton. Нужно помнить, что всегда есть альтернатива — существует множество брендов с современным оригинальным дизайном. Вдобавок, в отличие от дорогой отделки шпоном и ониксом, объекты искусства и предметы промышленного дизайна — картины, мебель — можно забрать с собой при переезде и интегрировать в новое пространство.

— Какие нетипичные материалы вы используете в интерьерах?

Екатерина Сванидзе: — Мы любим туф и ракушечник. Эти натуральные материалы использовались еще в Советском Союзе для облицовки различных городских учреждений. Вспомните подмосковный санаторий «Сосны», московский Центральный дом художника, павильоны на ВДНХ, которые не подверглись тотальной реконструкции, — все они отделаны натуральным известняком. Даже здание Центросоюза в Москве, единственное построенное по проекту Ле Корбюзье, отделали красным туфом из Армении, надо сказать, на удивление самого автора проекта. В общем, этот прекрасный натуральный камень преимущественно и формировал колористический облик советских городов.

Сейчас ракушечник не пользуется популярностью. Дело в том, что большинство людей в современной России с ужасом вспоминают свое советское прошлое. Стесняются тех лет, когда не было свободы, денег, возможностей. А ведь СССР оставил нам прекрасное архитектурное наследие, признанное во всем мире, — конструктивизм и советский модернизм. Какими архитектурными стилями, появившимися после модернизма, мы можем гордиться? К сожалению, гордиться особо нечем.

Словом, мы с Катей долго любовались фасадами советских зданий, а потом подумали: почему бы не использовать этот фасадный материал в отделке наших интерьеров? Это недорогой, красивый, натуральный материал, добывается у нас в Дагестане и соседней Армении. Не нужно заказывать втридорога поставки из Европы, ждать, когда доставят травертин из Италии. Совсем рядом есть отличное решение. Мы использовали ракушечник в интерьере винотеки на Бауманской, прибегаем к этому приему при работе над частными интерьерами.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

— Многие компании последние годы стали делать модные офисы. Но они все какие-то одинаковые.

Екатерина Любарская:  — Изменились приоритеты. 20 лет назад руководители компаний ставили задачу произвести на партнеров впечатление. Был курс на солидность, респектабельность, роскошь. Это было время внушительных конференц-залов и шикарных кабинетов начальства, обшитых шпоном экзотических деревьев. Рядовые сотрудники при этом размещались в унылых, однообразных опен-спейсах.

Но со временем все осознали, что неплохо бы подумать о сотрудниках. Ведь для хорошего специалиста нужно создать условия. Ему нужны зона отдыха, кухня, диван или изолированный уголок, где он сможет поговорить по телефону. И корпоративные интерьеры стали дружно меняться. То есть похожесть офисов — это лишь результат общего тренда, офисный интерьер ориентирован на сотрудников.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

— Стоит ли компаниям в принципе инвестировать в офисный интерьер сейчас, учитывая, что, по прогнозам, в офисы вернется лишь часть работников, а те, что вернутся, будут работать в офисе не каждый день? Может быть, время дизайнерских офисов уходит?

Екатерина Любарская:  — Работодатели по-прежнему рассматривают стильный офис как конкурентное преимущество в борьбе за креативные кадры. Быть может, офисы изменятся — станут служить больше для встреч команды, для работы в проектных группах, чем для работы каждый день. Во время пандемии у нас идут несколько проектов дизайн-трансформации офисов — компании используют время, когда сотрудники временно работают из дома, чтобы сделать ремонт.

Екатерина Сванидзе: — И главная инвестиция компании, создающей себе офис по авторскому дизайн-проекту, — это вложение не в интерьер, а в собственные кадры. Классный офис дает творческую энергию сотрудникам, он способствует обмену информацией, облегчает коммуникацию в коллективе.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

— Расскажите о ваших самых необычных интерьерных решениях в офисных проектах.

Екатерина Сванидзе:  — У нас есть проекты, сплошь состоящие из нетривиальных вещей. Например, победитель премии AD Design Award — офис PR-агентства Rupor. В нем необычно все: вместо гипсокартонного потолка — прекрасное открытое бетонное перекрытие. Вместо типовых скучных офисных стульев — культовые Pantone Chair, которые соседствуют с простым пластиковым креслом без громкой родословной. Обычно такие пластиковые кресла ассоциируются с летними кафе, имеющими самые скромные требования к меблировке. Но мы поместили их в другую среду — и они «подружились» с каноническими креслами Вернера Пантона.

Зона переговорной отделана панелями из «Леруа Мерлен» — это панели для быстрого и экономного ремонта, но мы рассмотрели в них иной потенциал, нас привлекла их выразительная графика, в нашем проекте они стали играть центральную роль. Опять прием, где привычный материал или предмет, помещенный в другой контекст, приобретает уже совсем другой смысл.

Многое, конечно, зависит от уместности. На 50-м этаже небоскреба «Москва-Сити» подобный интерьер вызвал бы в лучшем случае недоумение. Но в старом районе Москвы, в настоящем конструктивистском доме 1927 года постройки такие решения очень органичны.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

Екатерина Любарская: — Еще важный момент: у нас в стране нет культуры бережного отношения и сохранения своего прошлого, это касается и архитектуры, которая массово уничтожается, потому что построить новое выгоднее, чем реконструировать старое, ну и всего прочего — интерьеров, мебели, декора. Конечно, нужно сразу оговориться, что речь идет о крупных богатых городах, где у человека есть выбор — оставить или выбросить, потому что может купить себе новое. Пока мы медленно идет к тому, чтобы начать ценить бабушкин торшер или вазу как часть своей культуры, не ассоциируя это со старым хламом.

Но, надо сказать, позитивная тенденция все же есть, особенно это чувствуется в среде молодых людей, которые при Союзе не жили, поэтому имеют отчасти идеализированное и немного романтическое к нему отношение. Вот они как раз очень любят все советское. И мы с Катей боремся за то, чтобы предметы из прошлого могли полноправно существовать в новых интерьерах. В кладовых московских квартир пылятся настоящие семейные реликвии.

Например, работая над частным интерьером в Москве, мы выяснили, что дедушка заказчика, который жил в этой квартире, врач-кардиолог, на досуге писал маслом трогательные пейзажи. Мы оставили эти пейзажи в старых рамах и повесили в новом интерьере. Получилось самобытно, по-настоящему, без притянутой за уши историчности.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

Екатерина Сванидзе:  — Мы призываем людей ценить культуру нашей страны. Нам не нужен скандинавский минимализм повсеместно, у нас есть свои интерьерные традиции. Я, например, с большой гордостью всем рассказываю, что Гусевский хрустальный завод делает замечательные люстры и сервизы, которые мы используем в проектах.

— А можно в офисе поставить винтажную мебель?

Екатерина Любарская: — Можно все что угодно. Существует много стереотипов об интерьерах — в офисах нельзя ставить винтажную мебель, на кухне нельзя постелить ковролин, так не принято, люди не поймут, что-то непременно разольется, поцарапается, треснет. Люди так устроены, что тяжело решаются на что-то для них непривычное. Для этого нужна внутренняя смелость и доверие к профессионалу, который создает для них интерьер.

Фото: DVEKATI
Фото: DVEKATI

— Есть ли универсальные критерии удобного современного офиса?

Екатерина Сванидзе:  — Главное в офисе — умная планировка, это основа. Смарт-зонирование обеспечивает гибкость и многофункциональность пространства. Гибкость — то есть возможность варьировать функционал пространства — обязательное условие. Офисные метры не должны пустовать, особенно сейчас, когда оптимизация — главный тренд.

Если компания не кадровое агентство и не проводит собеседования с утра до вечера, ей явно не нужно десять переговорных. Помимо стандартных переговорных, для встреч и собраний прекрасно служат круглые столы, размещенные в опен-спейсе, отделить их от рабочего пространства можно проницаемой перегородкой. В отсутствие встреч такой стол сотрудники используют для командной или уединенной индивидуальной работы.

В дизайне офисного интерьера приветствуются сдержанные и простые формы. Сложносочиненные решения дороги в реализации и, как правило, быстро устаревают. В офисном интерьере главенствуют принципы функциональности, разумности и удобств.

Дизайнеру нужно учитывать интересы всех социальных групп. Если в компании есть маломобильные сотрудники, важно предусмотреть ширину проходов — так, чтобы могло проехать кресло, пандусы вместо ступеней, если пол расположен на нескольких уровнях. Офисная среда должна быть безбарьерной.

Офисный интерьер должен отвечать критериям экологичности, принципам устойчивого развития (sustainability) — как минимум все материалы должны быть безопасными для окружающей среды и человека. Современный офис стремится соответствовать философии wellness, помогает сотрудникам сохранять здоровье, физическое и ментальное. Разработаны международные стандарты, например Well и Fitwel, по которым сертифицируют офисы, положения этих стандартов полезно брать на вооружение. В интерьере должно быть хорошо человеку — это самое главное.

Поиск квартир
в новостройках
Сервис РБК Недвижимость
Главное Найти квартиру Лента